Дерево, ткани, кожа

 
 

Дерево, ткани, кожа

Из статьи Колчина "Ремесла"



12
Деревообработка
Основным поделочным материалом в древней Руси было де¬рево. Жилища и городские укрепления, мастерские и другие хо¬зяйственные постройки, корабли и сани, мостовые и водопроводы, машины и станки, многие орудия труда и некоторые инструменты, посуда и мебель, домашняя утварь и детские игрушки — все дела¬лось из древесины. Особенно широкого распространения и высоко-
— 178 —

го мастерства деревообрабатывающие ремесла достигли в цен¬тральных и северных районах Руси, богатых хвойными и листвен¬ными лесами.
До последних лет эта отрасль древнерусской промышленности оставалась неизученной, так как среди археологических материа¬лов деревянные находки, как правило, отсутствовали. В культур¬ном слое органические остатки, в том числе и древесина, в боль¬шинстве случаев не сохраняются, но в русских городах — Новгоро¬де, Москве, Смоленске, Пскове, Белоозере, Вологде, Ладоге — древесина с разной степенью сохранности доходит вместе с иными находками. Наилучшую сохранность древесина имеет в земле Нов¬города. Раскопки последних лет в Новгороде дали огромную кол¬лекцию деревянных находок, исчисляемую десятками тысяч эк¬земпляров.
Прежде всего мы должны дать характеристику древесины, имевшей в древней Руси промышленное применение. Для опреде¬ления видов древесины около 1000 находок из Новгородской кол¬лекции подвергли диагностическому анализу2Э. Оказалось, что новгородцы для изготовления всевозможных предметов и возве¬дения построек и сооружений применяли древесину 27 пород: 19 пород — местные, из лесов центральных и северных районов Руси (сосна, ель, можжевельник, дуб, ясень, клен, береза, липа, ольха, ива, осина, вяз, ильм, лещина, рябина, яблоня, груша, чере¬муха, бересклет), 8 пород (лиственница, пихта, кедр, самшит, тисс, каштан, бук и грецкий орех) привезены с юга, востока и запада. Самыми распространенными видами поделочной древесины были сосна и ель. Из этой породы древесины строили жилища, го¬родские укрепления, мостовые, водопроводы, корабли, станки, разные ремесленные приспособления и орудия труда. Выбор сосны и ели, исходя из качества древесины, для указанных изделий был самым рациональным. Хорошо зная свойства всех видов древеси¬ны, ремесленники-специалисты по обработке дерева для опреде¬ленных категорий изделий выбирали наилучшие породы. Напри¬мер, токари для точеной посуды применяли только клен и ясень, точеные коробочки делали из ольхи, ложки и ковши — из клена, бондарную посуду, кроме бочек, изготовляли из сосны и ели, а бочки — чаще всего из дуба. Полозья саней всегда делали дубовы¬ми. Для мебели и других изделий, украшавшихся резьбой, при¬меняли липу; даже гребни делали в основном из самшита (из 85 исследованных гребней — 82 самшитовые). В Новгород самшит привозили из лесов Талыша или северных склонов Кавказского хребта.
Об организации и технике лесной промышленности древней Руси письменные источники дают очень скудные отрывочные све¬дения; известно лишь, что рубка леса часто была феодальной по¬винностью крестьян и лес рубили зимой. В весенние разливы и ле-
29 См. В. Е. В и х р о в и Б. А. К о л ч и н. Древесина в хозяйстве и быте древнего Новгорода. ТИЛ и Д, т. 21. М., 1962, стр. 142.
— 179 —



том по малым и большим рекам большие партии леса сплавляли плотами до места назначения30.
Деревообрабатывающий инструментарий в XIV— XV вв., как впрочем и в X—XIII вв., был представлен всеми видами режущего и рубящего инструмента. Спе¬циализированные кузнецы изготовляли для плотников, столяров, токарей и других ремесленников по дереву высококачественные стальные инструменты. Наиболее полная коллекция деревообрабатывающего инстру¬мента — новгородская; там есть топоры, тесла, пилы, скобели, долота, сверла, наструги (инструмент типа рубанка), стамески, бондарные скобельки, уторные пилки, резцы токарные, резцы ручные, резцы для ху¬дожественной резьбы, ножи, гвоздодеры и другие орудия. Кроме того, в инструментарии были деревян¬ные клинки, чекмари и ряд деревянных приспособле¬ний.
Топоры XIV в. с легким симметричным лезвием, наварным стальным острием и круглым обухом в XV в. сменились новым, более утяжеленным типом с немного асимметричным лезвием и плоским массив¬ным обухом. Острие топора также делали стальным наварным. Деревянные рукоятки топоров в отличие от современных были прямыми и довольно удлиненны¬ми. Топоры с прямыми рукоятками имели очень боль¬шой коэффициент полезного действия (0,8—0,973) 31.
Тесла делали двух типов: большие проушные для плотницких, корабельных и подобных работ и малые втульчатые с коленчатой рукояткой, их применяли ремесленники для изготовления ложек, резной и дол¬бленой посуды и подобных предметов.
Пилы по дереву в древней Руси широко применя¬ли плотники и столяры. Пилы археологически изве¬стны уже в X в. В XIV и XV вв. было два типа пил: ножовки для поперечного пиления и пилы лучковые для продольного пиления. Полотна пил-ножовок до¬стигали до 450 мм длины. Деревянную рукоятку наса¬живали на черенок, являвшийся прямым продолже¬нием полотна (как у ножа). Зубья имели треугольную форму и всегда разводились. Заточку зубьев произво¬дили так же, как и в настоящее время. Иногда зубья были двухвершинными. Например, на целой пиле XIII в., найденной в Новгороде, 44 зуба имели по две вершины. У каждого крупного зуба треугольный вы-
30 Памятники социально-экономической истории Московского государства XIV— XVII вв., т. I. Под ред. С. Б. Веселовского и А. И. Яковлева. М., изд. Центрархива РСФСР, 1929, стр. 102.
31 См. В. А. Ж ел и г о в ск и и. Эволюция топора и находки на метрострое. Сб. «По трассе первой очереди Московского мет¬рополитена». Архивно-исторические и археологические работы Академии в 1934 г. Л., ОГИЗ, 1936, стр. 147.

— 181 —



Конструкция лезвий деревообрабатывающих инструментов. Темное поле —
наварная сталь, светлое поле — железная основа: 1 — топор, 2 — долото, 3—токарный резец, 4 — перовидное сверло, 5 — скобель
пил, образующий на зубе две вершинки (всего 88 зубьев). Шаг зуба равнялся 10 мм. Пилы делали из стали и обрабатывали тер¬мически — закаляли с последующим высоким отпуском.
Лучковые пилы для продольного пиления имели также длин¬ные полотна (500—600 мм). Профиль полотна и строение зуба лучковых пил были иными, чем у пил-ножовок. Зубья по форме похожи на зубья современных продольных пил, то есть односто¬ронние и плоские. В Новгороде в слоях начала XIV в. найдено полотно лучковой пилы. Ширина полотна равна 22 мм, зубья односторонние, высотой 2,2 мм и шагом в 8,5 мм. Пила была цельностальная.
Долота делали цельнометаллическими со стальными наварны¬ми лезвиями. Ширина лезвий колебалась от 6 до 22 мм. Долота были массивными и имели наиболее целесообразную конструкцию лезвия и обуха.
Сверла по дереву изготовляли перовидными и спиральными разных размеров. Их диаметр колебался от 4 до 20 мм. Режущие грани всегда делали стальными.
В XIV—XV вв. известно несколько типов скобелей: большие и малые, а также с прямым и дугообразным лезвиями. Тонкие стальные лезвия имели очень маленький угол резания (15—18°),
— 182 —


Полотно пилы. Макроснимок. Новгород
который обеспечивал им при надлежащей заточке большую
остроту.
Наструги — это те же маленькие скобели с прямым лезвием, но вставленные в деревянную колодку. Таким инструментом легче строгать и, главное, всегда можно брать стружку заданной тол¬щины (регулируя железку).
Резцы токарные археологически известны двух типов: с крюч-ковидными лезвиями для внутренних выемок в вытачиваемых предметах (например, посуда) и с прямолинейным лезвием для наружной обточки. Оба типа резцов делали со стальными лез¬виями.
Технический анализ многочисленных находок из дерева, а также деревянных построек и сооружений позволил выявить мно¬жество технологических операций и приемов обработки древесины в древней Руси. В XIV—XV вв., как и в более раннее время, в основе разнообразной и сложной технологии обработки древесины лежало несколько операций: рубка, теска, раскалывание, долбле¬ние, сверление, пиление (распиливание), строгание, точение (на токарном станке) и художественная резьба.
Для соединения отдельных деталей в сооружениях, построй¬ках и изделиях существовало несколько конструктивных приемов. Первый прием — соединение деталей замками; второй прием — соединение деталей деревянными или механическими связями
(гвозди, скобы, тяги).
При соединении деревянных деталей замками в длину или по ширине ремесленники пользовались приемами сращивания, нара¬щивания и сплачивания.
Сращивание применяли при горизонтальном продольном сое¬динении бревен, брусьев, тесин и других деталей с помощью пря¬мого накладного замка, откосного накладного замка и накладного
замка с прямым зубом.
Наращивание применяли при соединении в вертикальном по¬ложении; использовали торцовый замок с центральным шипом,
— 183 —


торцовый замок со сплошным шипом, замок в полдерева, скреп¬ленный связями, и разные варианты шипового замка при соеди¬нении с горизонтальной деталью.
При сплачивании, то есть соединении бревен, досок, брусков, для увеличения по ширине изготовляемого предмета мастера при¬меняли: сплачивание притеской, полукруглой натеской, вставными шипами, зубовым швом, сплачивание досок наискось, внакрой, сплошным шпунтом, в наконечник-наградку, лапчатыми шпонка¬ми, сплачивание на шпонках и усиление однотесной (цельной) де¬тали шпонкой или деревянным гвоздем (нагелем).
При соединении замками под углом применяли угловой замок внакладку, замки с шиповой прорезью, рубкой в лапу (для бре¬вен), в обло (для бревен) и вязку на «ус».
Сделать хотя бы очень краткий обзор продукции и техноло¬гии производства деревообрабатывающего ремесла не позволяет объем этой главы, мы ограничимся только некоторыми примерами из истории бондарного, санного и токарного ремесел.
Бондарные изделия, то есть сосуды из отдельных планок-кле¬пок, скрепленные обручами с вставным одним или двумя днища¬ми,— массовая археологическая находка (конечно, на тех археоло¬гических памятниках, где сохраняется древесина). Например, в быту новгородцев бондарная посуда имела широкое распростра¬нение. Во всех слоях, а также и в слоях XIV—XV вв., фрагменты бондарной посуды в виде отдельных клепок, днищ или обручей встречаются в каждом жилище и на территории каждого двора по нескольку экземпляров.
Среди видов бондарных изделий бытовали: бочки, бочонки, кадки, ведра, жбанчики, ушаты и лохани. Эти сосуды всегда изго¬товлялись традиционных типов и емкости. Размер ведер колебал¬ся от 10 до 12 л. Емкость жбанчиков составляла от 0,5 до 3 л,. ушатов — от 2 до 10 л. Несколько шире колебалась емкость лоха¬нок — от 6 до 25 л. Особенно широко колебалась емкость бочек и кадок; наиболее крупные размеры имели бочки. В новгородских слоях XIV в. найдена водовозная бочка емкостью около 500 л (примерно 40 ведер).
Бондарю для изготовления бочки или кадки были необходи¬мы: топор, пила, скобель, сверло, бондарный нож, вогнутый нож, скобелька, уторник, натяг, циркуль, чекмарь и скамья-станок. Все эти инструменты, кроме натяга и скамьи-станка, представлены в археологическом материале Новгорода 32.
Реконструируя технологию изготовления бочки, кадки или других обручных сосудов XIV—XV вв., мы обнаруживаем полное сходство этой сложной технологии с техникой бондарных кустар¬ных промыслов XIX — начала XX в.; сходство имеется и в изго¬товлении заготовок для клепок — еловый или сосновый кряж, раз¬деланный на осьмины, раскалывали на планки по годичным коль¬цам. Абсолютно одинаковы конструкция клепки и техника ее из¬готовления. Совершенно одинаковы конструкции деревянного об¬руча и обручного замка, техника обработки скобелем и скобелькой
32 См. Б. А. К о л ч и н. Ук. соч. МИЛ, № 65, стр. 45.
— 185 —

швов сплачивания клепок, а также техника нарезки уторов, их конструкция и форма фаски у днища.
Из средств сухопутного транспорта наиболее распространен¬ными на Руси были сани. Новгородские раскопки и в этой облас ти дали такое большое количество археологического материала, что мы свободно можем представить и конструкцию саней, и тех¬нику их изготовления.
В Новгороде встречены в большом количестве как отдельные детали саней (полозья, копылы, грядки, вязки, отводы, задки, ог¬лобли), так и некоторые части в собранном виде, например полоз со вставленными копылами, одетой грядкой и отходящими в сто¬рону вязами. Технический анализ всего комплекса находок позво¬лил выделить шесть типов саней, бытовавших в Новгороде в XIV—XV вв.: сани грузовые обычные (дровни), грузовые тяжело¬возные, легковые пассажирские, легковые с высокой грядкой (бе¬говые), сани-возки с кузовом и ручные салазки.
Мы опишем конструкцию обычных грузовых саней. Их основу составляли два полоза — прямолинейные дубовые брусы трапе¬циевидного, прямоугольного или полукруглого сечения с плавно загнутой высокой передней головкой. Полозья обычных саней имели 2,5 м длины. В полоз вставляли 4—6 копылов. Копыл — это вертикально стоящий брусок высотой около 15 см с отходя¬щим от него вязом для соединения с копылом другого полоза. Вя¬зом служил естественный сучок, отходящий от копыла. Копыл с полозом соединялся шиповым замком вполутемок, то есть шип был потайной и имел дополнительное опорное плечико. На копыл, в верхней части которого тоже имелся шип, по всей длине полоза надевался брус, называемый грядкой. Грядка служила основой платформы саней. Копылы и грядки делали из сосны или ели.
Собранные таким образом два полоза соединялись вязами. Ход саней, то есть расстояние между полозьями, колебался от 60 до 80 см. Вязы копылов скреплялись специальной оплетной лозой, соединялись также и верхние части головок полозьев. Оглобли прикреплялись непосредственно к первому копылу. На платформу саней в зависимости от назначения устанавливали тот или иной рабочий кузов и сани были готовы к употреблению. Технологиче¬ский анализ деталей саней показал, что большинство из них сде¬ланы с высоким профессиональным мастерством.
Одной из древнейших отраслей древнерусской промышленнос¬ти было токарное дело. Деревянная точеная посуда имела широ¬кое распространение в быту уже в X в. На токарных станках из¬готовляли несколько видов посуды, в основном столовой. Кроме посуды на станке делали коробочки, балясины, шахматы, шашки, веретена и другие детали. В XIV—XV вв. в быту рядовых горожан применялись 8 видов точеной посуды: чаши, мисы, чашки, блюда, кубки, сосуды на стоянах, чаши фигурные и чарки 33.
Техника токарного ремесла характеризуется высоким уровнем; сложную технологию этого производства мы рассмотрим на при¬мере изготовления деревянной посуды.
33 См. Б. А. К о л ч и н. Новгородские древности. Деревянные изделия. М., «Наука», 1968, стр. 31.
— 186 —


Бондарные изделия XIV—XV вв.:
1
-кадка, 2-3-питьевые чаши, 4 — пивной жбанчик, 5-лоханка, 6 - стакан 7 — ведро 8 - маслобойка, 9 - бочонок, 10 - ушат, 11 - лоханка. 12 - лоханка на ножках, 13 - подойник

При изготовлении точеной посуды новгородские токари приме¬няли два способа использования ствола дерева — в поперечном и продольном (тангентально-радиальном) направлениях.
Основной способ пластинчатый: углубление в сосуде делали с боковой стороны ствола (на радиальном или тангентальном раз¬резе дерева), поэтому направление волокон древесины всегда бы¬ло перпендикулярно плоскости стенок сосуда. Это придавало из¬делию повышенную прочность и красивую текстуру поверхности. Таким способом изготовлено около 95% всей точеной посуды, со¬бранной на раскопках в Новгороде.
Второй способ — стоечный: углубление в сосуде делали с тор¬цовой части ствола дерева таким образом, что направление дре¬весных волокон более или менее совпадало с боковыми стенками сосуда.
Для технологического процесса изготовления точеных сосудов как пластинчатых, так и стоечных были необходимы: токарный станок с принадлежностями, топор, тесло, ножи, пила, набор то¬карных резцов, клинья, чекмари, клинки.
Довольно сложная технология была у сосудов, изготовляемых пластинчатым способом.
Для реконструкции этого технологического процесса мы рас¬полагаем вполне достаточными техническими данными, получен¬ными из анализа самих изделий — сосудов разнообразных форм, и археологических находок, собранных на территории раскопанных токарных мастер.ских в виде отходов производства и разных при¬способлений.
Макроетруктурное исследование поверхности большого числа-сосудов показало, что резцом на токарном станке выточены толь¬ко стенки сосуда и частично его днище и поддон или нижний-рельеф. Центральная часть дна сосуда и его нижняя поверхность в области поддона сделаны вручную. Это говорит о том, что сосуд, был закончен точением и снят с токарного станка, когда у него центральная часть дна и нижнее донце еще не были обработаны и имели конусовидные выпуклые «приливы». Эти «приливы» на со-, суде в дальнейшем снимали вручную.
Конусовидные «приливы» являются остатками центровых ци¬линдров, на которых держался сосуд в бабках токарного станка. Они свидетельствуют, что сосуд на станке был выточен за одну установку, без каких-либо перемещений на трезубце шпинделя и на задней бабке.
Для реконструкции технологии очень важны находки донных и внутренних бобышек — остатков центровых цилиндров, на кото¬рых закрепляли сосуд в токарном станке. Эти отходы токарного производства в Новгороде и Москве встречены в разных хроноло¬гических слоях. Бобышки представлены двумя типами. Один тип имеет форму конуса с плавными стенками, на которых сохрани¬лись следы черновой обработки круглым токарным резцом. На плоском основании конуса всегда остаются также следы от метал¬лического трезубца, на который насаживали баклушу изготов¬ляемого сосуда.
— 188 —


Токарные сосуды:
1—3 — чаши на стоянах, 4—7—чаши, 8—9—блюда низкие (тарелки), 10—12—мисы, 13 — со-лошща, 14 — чаша-пузатка, 15 — братина, 16—18 — коробочки
Второй тип бобышек имел форму удлиненного цилиндра, оканчивающегося с одной стороны плоским дном, а с другой —-конусом. На стенках цилиндра и конуса сохраняются следы круг¬лого токарного резца. На плоском донце цилиндра всегда распо¬ложен конусовидный выем диаметром от 10 до 15 мм. В этот выем входил центр задней бабки при закреплении заготовки сосуда на токарном станке.
Заготовка пластинчатого сосуда — баклуша, изготовленная из кряжа ствола дерева; кряж рубили или распиливали на части высотой, равной диаметру будущего изделия с небольшим при¬пуском на обработку. Эти кряжи раскалывали на половины, кото¬рые потом отесывали топором с выпуклой стороны до форм сплюснутого или вытянутого полушара в зависимости от вида и размеров сосуда. После этого баклушу устанавливали на токар¬ный станок. Выпуклой сферической или конусообразной стороной ее крепили неподвижно на трезубец шпинделя станка, а к проти¬воположной плоской части баклуши к центру ее вращения подво¬дили опорный конус задней бабки. Для этого в указанном месте у баклуши делали конусовидный выем.
Точение сосуда начинали с наружной стороны баклуши. После черновой зачистки поверхности, то есть удаления следов обработ¬ки топором, вытачивали наружную стенку сосуда. Оставив с на¬ружной стороны цилиндр крепления, начинали вытачивать внут-
— 189 —


Схема изготовления точеного сосуда: 1 — заготовка баклуши, 2 — готовая чаша

Миса из березового капа XIV в. Новгород
реннюю полость сосуда; здесь точение доводили также только до внутреннего цилиндра крепления. После чистовой обработки на¬ружной и внутренней поверхностей сосуда подрезали цилиндры крепления и сосуд снимали. Оставшиеся «приливы» срезали вруч¬ную резцом или ножом. Выточенные части оставляли чаще всего без каких-либо покрытий, так как естественная текстура ясеня и клена была достаточно красива и прочна. Иногда точеные сосу¬ды с наружной и внутренней стороны покрывали краской желтого или красного цвета.


Прядение и ткачество
Прядение и ткачество — одна из важнейших отраслей древне¬русской промышленности. Отделение ткачества от прядения в русских городах произошло еще в домонгольский период. Ткач в городе стал ремесленником, а прядение оставалось еще несколько столетий в сфере домашней деятельности женщин в городе и де¬ревне. Этот процесс разделения труда в текстильной промышлен¬ности, очень напоминающий разделение труда в металлургической промышленности, где работали деревенские металлурги и город¬ские специализированные кузнецы, был непосредственно связан с техникой производства ткани.
Самый трудоемкий процесс при изготовлении ткани — произ¬водство нити. Оно состояло из получения исходных материалов —
— 191 —

шерсти, льна и конопли — и длительной их подготовки к прядению и самого прядения.
Дальнейшие операции текстильного производства: само тканье, а также аппретура ткани, составляют не более 25% общих затрат труда, но они требовали довольно высоких профессиональных на¬выков и специального оборудования 34.
Домашнее (не ремесленное) ткачество, сохранившееся в рус¬ской деревне вплоть до XX в., качественно резко отличалось от городского ремесленного, особенно в производстве шерстяных тка¬ней. Это различие прослеживается и в древней Руси.
Очень наглядную и убедительную картину отделения ткаче¬ства от прядения дает новгородский археологический материал. На огромном Неревском раскопе, где вскрыто более 400 жилых домов, найдено более 2000 пряслиц (шиферных и глиняных) и бо¬лее 800 деревянных веретен, а также множество трепал, чесал, гребней, прялок, ножниц и других принадлежностей прядильного дела. Число и размещение находок показывают, что в Новгороде пряли почти в каждом доме. Совершенно иная картина получается при обзоре находок, связанных с ткачеством. Юрки, детали мото¬вил, сновалок, а также многие детали ткацкого станка (челноки) исчисляются лишь десятками, они обнаружены, как правило, груп¬пами в местах, где жил ткач.
На Руси изготовлялись шерстяные и льняные ткани. Шерстя¬ные ткани делали из шерсти овцы, а льняные — из волокна льна. Кроме того, употребляли ткани шелковые и хлопчатобумажные, но их привозили с юга и из Средней Азии.
Технику прядения и ткачества в XIV—XV вв., как и в более раннее время, можно представить на основе массового новгород¬ского археологического материала.
Мы ограничимся лишь упоминанием основных операций и кратким описанием инструментов и приспособлений.
После уборки и просушки льна и конопли их необходимо об¬молотить. Для этого новгородцы применяли лапу и вальки. Воз¬можно, они применяли и цепы, которые хорошо известны среди археологического материала. Лен и коноплю мочили и после про-сушивания мяли, трепали и чесали. От мялок несколько раз най¬дены била. Это длинные бруски (0,8—1,0 м) клиновидного сече¬ния с ручкой на одном конце и шарниром или отверстием для оси на другом. Для окончательного освобождения волокон от кост¬рики переходили к трепанию. Ручные трепала имели ножевид-ную и мечевидную форму (50—60 см длины), удобную ручку. Для придания наибольшей мягкости и гибкости волокну его иногда толкли в ступе. В археологическом материале представлены не¬сколько десятков пестов, а также и ступы. Длина песта колеба¬лась от 0,8 до 1,1 м, а диаметр рабочего стержня 7—8 см. Послед¬ней операцией приготовления волокна было прочесывание чесалом (специальным гребнем) или на большом деревянном гребне при
См. Н. И. Лебедева. Прядение и ткачество у восточных славян в •конце XIX и начале XX в. «Восточнославянский этнографический сборник». М.. Изд-во АН СССР, 1956, стр. 462. (ТИЭ, не, т. 31).

помощи другого, значительно меньшего деревянного или костяно¬го гребня. Большие гребни имели стойку для крепления в донце. Ширина лопасти большого гребня- равнялась 11—13 см, высота зуба около 70 мм.
Подготовка шерсти к прядению была менее трудоемкой, чем подготовка льна. После стрижки овец ножницами шерсть про¬мывали, разбирали руками и чесали гребнем. Большой и малый гребни для чесания шерсти имели такую же форму, как и для че¬сания льна.
Орудиями для производства нити являлись веретено и прялка. В Новгороде встречено большое количество веретен. Новгородские веретена в течение семи веков (X—XVI вв.) изготовляли одной и той же довольно строгой формы и размера: гладкие сигарообраз¬ные, суженные к концам, деревянные палочки длиной около 260 мм и диаметром в средней части, равным 10—12 мм. Их очень часто украшали. Наиболее излюбленный мотив — выжженные или вырезанные тонкие концентрические полоски. На нижний утолщенный конец веретена всегда надевали пряслице. До начала XIII в. пряслица делали из шифера, в XIII в. и позднее пряслица делали из глины, кости и металла (оловяно-свинцового сплава).
Прялка представляла лопаткообразную стойку, вставлявшую¬ся в горизонтальную опору — донце. Лопасти прялок XIII—XV вв. имели простые строгие формы в виде прямоугольной или листо¬видной лопатки с несколькими дырками. Кудель пряжи прикреп¬ляли к лопатке железными спицами или привязывали веревкой.
Для истории текстильного производства есть довольно раз¬носторонние источники. Это — сами ткани и, кроме того, различ¬ные технические приспособления и части ткацких станков.
Для перематывания ниток в мотки этнографически известно несколько устройств. В Новгороде встречены тальки и мотовила. Талька — круглый стержень длиной около 80 см, имеющий с обоих концов навершия в виде поперечного стержня или естест¬венное развилье. Мотовило представляет крестовину до 70 см дли¬ны с развильями на концах, посаженных на круглые шипы. В центре крестовины имеется горизонтальная ось, которая покоит¬ся в двух стойках. На конце оси есть рукоятка для привода мото¬вила в круговое вращение.
Для снования (подготовительного процесса тканья на гори¬зонтальном стане), которое производится на «колышках» на стене или раме, необходимо приспособление, называемое юрок. В Нов¬городе в слоях XIII—XVI вв. найдено более 100 юрков. Это — цилиндрические палочки длиной около 10—12 см; у их концов, от¬ступая на 5—10 мм, сделаны поперечные вырезы до половины диаметра юрка, а также на противоположных сторонах по отноше¬нию один к другому. С обеих торцов юрка есть отверстия, дохо¬дящие до вырезов. Нитка пропускается через отверстия, потом выходит на поверхность юрка, по винтовой линии делает полобо¬рота и выходит в другое отверстие. Юрки применялись для того, чтобы нити при сновании не скрещивались, плавно ложились на раму и имели соответствующий натяг.

— 193 —
— 192 —
13 Очерки русской культуры.., ч. 1



Принадлежности прядения и ткачества XIV в.: :
1 ручное веретено, 2 — юрок для снования основы ткани. 3 — челнок от горизонтального
ткацкого станка.
Новгород


Ткацкий горизонтальный станок XIV в. (реконструкция)
Из деталей ткацких станков среди новгородских материалов встречены: а — челноки с цевкой и прутком, б — детали ремизно¬го узла — подножки, разлучницы, ниченки, собачки, в — детали батана-снизки, это планки для держания бёрдо и другие детали.
Деревянные новгородские челноки по конструкции и форме абсолютно сходны с челноками современных кустарных деревян¬ных ткацких станков. Корпус челнока ладьевидной обтекаемой формы, около 200 мм длины. В середине имелся сквозной (полый) выем длиной около 100 мм и шириной 30 мм. В противоположных торцовых стенках выема есть гнезда для прутка — тонкой оси цев¬ки, на которую наматывается нить утка. Цевку длиной около 90 мм и наружным диаметром 5—6 мм делали из тростника.
Подножки-педали изготовляли из тонкой тесины шириной в 100 мм и длиной в 550 мм. На одном конце подножки есть отвер-

— 195 —
13*



Макроструктуры переплетений шерстяных тканей XIV в Новгород
стие для крепления к полу или нижнему брусу стана, а ее другой конец имеет стреловидную форму с перехватом, за который привя¬зывали веревочную тягу ремизного аппарата.
Разлучница — планка длиной около 280 мм с отверстиями на концах для разъединения веревочных тяг в станке.
Ремизные собачки — это деревянные стержни длиной в 12— 15 см и диаметром в 12 мм. По краям и в центре у них вырезаны гнезда, за которые привязывали тяги ремизного устройства. Одна, средняя тяга, шла вверх, а две другие вниз — к ремизам.
В Новгороде во всех слоях собрано несколько тысяч находок фрагментов тканей.
Технологическое изучение тканей XIV—XV вв., как и тканей X—XIII вв., показало, что новгородские ткачи применяли несколь¬ко систем ткацких переплетений. Среди них можно выделить три группы с разными вариантами: полотняное, саржевое и слож¬ное 35.
В первой группе наиболее простого переплетения — полотня¬ного — нити основы и утка располагаются в шахматном порядке,
35 См. А. Н а х л и к. Ткани Новгорода. Опыт технологического анализа. МИД, № 123. М., 1963, стр. 228.
— 196 —

то есть перекрывают друг друга поочередно (рапорт ткани равен 2 нитям). Лицевая и изнаночная стороны имеют одинаковый вид. Ткани этой группы составляют 26% от числа изученных.
Во второй группе более сложного переплетения — саржево¬го — нити располагаются не в шахматном порядке, а со сдвигом так, что образуется рисунок из диагональных полос (рапорт ткани равен 3, 4, 5 нитям). Кроме того, встречено саржевое переплете¬ние — простое (с одинаково повторяющимися диагоналями) и сложное, когда диагонали неодинаковы и образуют ритмический рисунок. Ткани этой группы составляют 46%.
Третья группа — ткани сложных комбинированных переплете¬ний, с рисунком, напоминающим репсовое переплетение (с про¬дольными и поперечными рубчиками). Ткани этой группы состав¬ляют 28%.
Микроскопическое изучение шерстяных тканей на качество шерсти показало, что новгородские ткачи изготовляли три сорта тканей: тонкошерстные, полугрубошерстные и грубошерстные. К тонкошерстным тканям относятся разные виды сукон.
Очень интересны наблюдения за цветом тканей. Подавляющая масса тканей красного цвета, потом идут черный, зеленый, жел¬тый, синий и белый цвета 36.
Крашение шерстяных и льняных тканей производили специа¬лизированные мастера — ремесленники-красильники. Эти довольно многочисленные ремесленники в древнерусских городах заселяли целые улицы. Например, Новгородские летописи под 1385 г. упо¬минают «Красильницкую улку».
Технический анализ различных деталей ткацкого станца и переплетений новгородских тканей позволяет определить конст-рукцию ткацкого станка XIV—XV вв. В Новгороде ткацкие стан¬ки имели горизонтальную конструкцию с батаном и сложной мно¬горемизной системой. Число ремизов, то есть, приспособлений для механического разделения нитей основы (образование зева для челнока), всегда численно равно рапорту ткани. Для изготов¬ления тканей саржевого переплетения, рапорт которых равнялся 3, 4, 5 нитям, в станке соответственно требовались 3, 4, 5 ремизов.
Для передвижения ремизов необходимы механические приспо¬собления, которые приводятся в движение ножным приводом — подножками. В этих станках бывало до четырех подножек.
Кроме того, наличие тканей третьей группы со сложным пере¬плетением говорит о применении при тканье двух утков, это — браная техника.
Новгородские ткачи, как и ткачи других русских городов, в XIV—XV вв. работали на сложных горизонтальных ткацких стан¬ках и изготовляли десятки видов добротных тканей разных рисун¬ков.
Широкое распространение в древней Руси имело производст¬во войлочных изделий и веревок.
В Новгороде во всех слоях собраны тысячи фрагментов вой-лока. В подавляющей массе войлок грубошерстный, иногда полу-
36 См. Н. Б. Черных. Новгородские ткани из Неревского раскопа. ВМУ, и-фс, 1958, № 4, стр. 102.
— 197 —


Ткацкие переплетения:
1,1'—саржевое переплетение 2/2, 2,2'—крестообразное переплетение 2/2, 3,3'-
саржевое переплетение 2/1, 4,4' — саржевое переплетение 1/2.
Новгород

грубошерстный. Войлок имел очень широкое применение. Из него изготовляли обувь, головные уборы, стельки, подхомутники, пот¬ники и другие изделия.
Довольно многочисленны находки веревок и разнообразных шнуров. Веревки, имевшие очень широкое распространение в хо¬зяйстве, ремесле и корабельном деле, изготовляли из пеньки и лыка. Размер археологически известных веревок по диаметру ко¬лебался от 5 до 30 мм. Всевозможные шнуры, применявшиеся в основном в одежде, делали чаще всего из шерсти.
Обработка кожи
Производство по выделке кож и пошиву кожаных изделий имело большой удельный вес в народном хозяйстве древней Руси. Спрос на кожаные изделия был велик, из кожи делали обувь. Го¬рожане древней Руси ходили в кожаной обуви. Много кожи по¬требляли шорники и седельники, из нее делали колчаны, щиты, рубашки пластинчатых броней, конскую сбрую, а также многочис¬ленные поделки хозяйственного и бытового назначения. Много кожи шло на изготовление сыромятных ремней. Кожевники и са¬пожники разделились на две самостоятельные профессии еще в XII в.37. В XIV—XV вв. выделяется еще несколько профессий: шорники, сумочники, скорняки.
Раскопки в Новгороде дали богатейшие материалы по истории кожевенного и сапожного дела. Дальнейшее изложение мы будем строить главным образом на основе этого материала.
Для сырья русские кожевники использовали шкуры коней, крупного и мелкого рогатого скота. Основные технологические приемы выделки кожи с XV в. сохранились почти без изменения до XIX в.
Обработку шкур начинали с вымачивания. Размоченную шку¬ру очищали от подкожной клетчатки и мездры. Для их снятия кожевники применяли специальные стальные струги. После очист¬ки от мездры шкуры подвергали золке для удаления волоса. Золку производили в специальных деревянных сосудах-зольниках; их за¬сыпали золой и известью. После золки волос со шкуры легко соскабливали; кожу промывали и подвергали размягчению с по¬мощью кислых хлебных растворов — «квасом уснияным»; затем кожу подвергали дублению растительными дубильными вещества¬ми — корой дуба, ольхи, ивы. После этого кожу выравнивали, вы¬тягивали, жировали и разминали, окрашивали. Чаще кожи краси¬ли в черный и темно-коричневый цвета, но некоторые лучшие сорта красили также в желтый, зеленый, красный и другие цвета.
Кроме дубленой кожи для разных надобностей изготовляли сыромятную кожу. Она была крепче и эластичнее дубленой, поэто¬му ее чаще применяли в технике и хозяйстве. При изготовлении сыромятной кожи обработанную шкуру размягчали и жировали.
37 См. С. А. И з ю м о в а. К истории кожевенного и сапожного ремесел Новгорода Великого. МИА, № 65, стр. 192.
— 199 —

Очень много мастерских кожевников XIII, XIV и XV вв. было вскрыто в Новгороде на Неревском раскопе. Такие мастерские всегда сопровождались большими завалами зольно-известковой массы, перемешанной с волосом, изредка в них находились и це¬лые куски шкур: встречались и сами зольники в виде рубленных из плах колод или больших кадок из толстых клепок. Этот район Новгорода назывался Кожевники. Такое название, связанное с профессией людей, живших в данной местности, встречается и а других городах, например в Москве.
Основная масса кожи шла на изготовление обуви. В XIV— XV вв. носили кожаную обувь нескольких фасонов — поршни, мяг¬кие туфли, полусапожки и сапоги. Основными типами обуви в это-время были поршни и сапоги, которые делали на мягкой и жест¬кой подошве с твердым каблуком. Туфли и полусапожки, господ¬ствовавшие в X—XIII вв., в течение XIV в. вышли из употребле¬ния.
Раскопанные сапожные мастерские, сапожный инструмент, ог¬ромное количество самой кожаной обуви позволили нам очень под¬робно изучить технологию сапожного ремесла.
Инструментарий сапожника состоял из ножей раскроечных, ножей сапожных, прямых и кривых шильев, специальных игл, набора деревянных колодок-правил, сапожных гвоздей, штампов, для тиснения кожи, пробойников, сапожных досок, ниток, щетины и т. п.
Ножи для кроя кожи известны двух типов: широкое дугооб¬разное лезвие у одного типа с ручкой в виде выпуклой подушки, на которую нажимали ладонью, а у другого типа — с коленчатой черенковой рукояткой. Наварное лезвие ножа — стальное. Этими ножами было очень удобно раскраивать кожу, резать движением1 от себя.
По форме сапожные ножи сходны с обычными хозяйственны¬ми ножами, но более короткие с широким полотном и кривым лез¬вием. Острие имело стальную наварку.
Сапожные шилья по сечению стержня делали круглыми и ром¬бовидными. Второй тип был основным. Стержни изготовляли как прямые, так и кривые. Рукоятки были деревянные и костяные.
Сапожные колодки известны двух видов: простые из одного куска дерева и составные со снимаемым верхом-подъемом, кото¬рый соединялся с основой колодки шипом. Среди колодок встре¬чены колодки для взрослых, подростков и даже детей. Колодкв делали из березы или липы.
Простые колодки использовали как правила. Верх и низ мяг¬кой обуви скреплялись выворотным швом. После пошива и при¬шивания подошвы такую обувь необходимо было расправить и-околотить на колодке.
Правила были высокие и низкие. Большинство правил делали асимметричными, то есть для правой и левой ноги, но встречают¬ся иногда и симметричные правила.
Составные колодки служили моделью при пошиве обуви, как и в настоящее время. На этих колодках затягивали верха и прик¬репляли подошвы. Их всегда делали на правую и левую ногу.
— 200 —


Типы сапожных швов:
1 _ наружный, или сандальный шов, 2 — выворотный шов, 3 — потайный тачный шов, 4 — потайный шов с припуском
Отдельные заготовки верха обуви, а также верха и подошвы соединяли ниточными швами. Швы были нескольких типов: на¬ружные, выворотные и потайные.
Техника выполнения наружного и выворотного швов одинако-ва. Различие заключалось в расположении лицевых сторон кожи. Если кожу сложили обратными сторонами и прошили по краю, получался шов наружный, а если кожу сложили лицевыми сторо¬нами, получался шов выворотный.
Более сложные и прочные швы потайные были двух видов: тачные и с припуском на строчку. Тачные швы — это скрепление кусков кожи впритык, не прокалывая ее насквозь, а у шва с при¬пуском впотай прошивали только одну деталь.
Для крепления подошвы к верху обуви кроме ниточного шва использовали швы на гвоздях. Их широко применяли при шитье сапог для крепления подошвы и каблука.
Для характеристики технологии пошива обуви в XIV—XV вв. мы коротко опишем конструкцию сапога, изготовление которого было наиболее сложным делом 38.
Сапог состоял из нескольких деталей — голенища, головки, задника, подошвы и каблука. На эти детали шли разные сорта ко¬жи. Кроме того, к голенищам и головкам пришивали поднаряд
38 См. С. А. И з ю м о в а. Ук. соч., стр. 207.
— 201 —

(подкладку) из еще более тонких сортов кожи. Голенища состав¬ляли из двух частей, сшиваемых по бокам тачным швом. Одно-шовные голенища делали очень редко. Головки сапог в зависимос¬ти от фасона делали тупоносыми и остроносыми. Их крепили к го¬ленищам тачным или выворотным швом. К подошве в зависимости от ее толщины головки крепили двумя способами. Толстые подош¬вы пришивали простым наружным швом, тонкие подошвы — внут¬ренним выворотным. Задники всегда были двойные. Иногда их делали в виде кармана, в который для жесткости вставляли про¬кладки из лыка, бересты или толстой кожи. Задник к подошве крепился так же, как и головка. В зависимости от формы головки подошвы делали остроносыми или тупоносыми. При тонкой коже подошвы делали составными, их пришивали наружным или выво¬ротным швом. Чтобы предотвратить снашивание на подошве нити, шов помещался в специальном подрезе на внешней стороне подош¬вы. Иногда подошву для прочности подбивали гвоздями. Подошву у сапог жесткой конструкции довольно часто крепили гвоздями. Каблук, состоящий из нескольких слоев толстой кожи, прибивали гвоздями. Иногда к каблуку прикрепляли железную подковку.
Кроме обуви массовой кожаной продукцией были всевоз¬можные футляры и ножны, кошельки и сумки, рукавицы и мячи для игр, всевозможные ремни и конская сбруя, седла, хомуты и т. п. Эти изделия всегда делали с профессиональным мастерст¬вом и обильно украшали. Для украшения применяли тиснение, аппликации, ажурные вырезы и вырезы точками или штрихами. В XIV—XV вв. эти изделия делали специализированные ремеслен¬ники — сумочники, ременники, седельники, мячники и другие.
Технология сапожного ремесла была достаточно сложна и конструктивно и по технике производства. От сапожника требова¬лись большие профессиональные знания и владение специальными навыками и инструментом. Технология сапожного, шорного и дру¬гих ремесел по обработке кожи отличалась большим совершенст¬вом. Их основные технологические приемы сохранились в России почти без изменений вплоть до XX в.


Создан 23 янв 2006



  Комментарии       
Имя или Email


При указании email на него будут отправляться ответы
Как имя будет использована первая часть email до @
Сам email нигде не отображается!
Зарегистрируйтесь, чтобы писать под своим ником